Блоги LEPEL.BY

Блукач ВАЛАЦУЖНЫ: 17.06.2018 (14:46) — 3 месяца назад

СУХАЯ МЕЛИОРАЦИЯ ДУХ «РОДИНЫ» ПОДНЯЛА И ОПУСТИЛА. Шуш Эсенскі

Тема: Личные мемуары о красной эре    Сегодня: 1, за неделю: 9, всего: 420

Сведения об авторе смотреть здесь.

 Повальная осушительная мелиорация 60-х годов моих детства и юности непосредственно не коснулась. Ну, слышал, что в Свядицу и Далики понаехало мелиораторов видимо-невидимо. Местные девки повыскакивали замуж за героев того времени мелиораторов. Те повывезли наших молодок в чужие края или наоборот сами остались на нашей земле навсегда. А ещё соседние речки Свядицу и Старобинку загнали в канавы. Однако моих любимых Эссы и Берещи не тронули. Поэтому в связи с плохим знанием важного в жизни СССР процесса рассказывать о нём не буду. Общие рассуждения в мемуарах не к месту. В них должны быть лишь конкретные факты, переваренные моим существом и зафиксированные собственными глазами.

 Мой отчий дом в деревне Гадивля, входящей в состав колхоза «Родина», стоял в отдаленной части поселения, называемой Горой. Можно даже сказать – в кустах. От остальной деревни мою семью отделяла густая берёзовая роща вперемежку с осинами. С цивилизованной Гадивлей Гору связывали две тропинки и всегда грязная просёлочная дорога.

 В нашей хате в 50-х годах располагалась школа, и ученики все перемены поводили в придворном березняке. Играли в войну, прятки, догонялки, спускались с берёз…

 Перед моей армией в Гадивлю понаехали мощные трактора Березинского спецотделения «Сельхозтехника», впоследствии переименованного в райсельхозхимию. Началась сухая мелиорация окрестностей Горы. Процесс, видимо, для облегчения произношения ещё именовался культуртехникой. Бульдозеры начали срезать кусты, взгорки, сталкивать древостой в длинные узкие валы.

 В 1972-м демобилизовался. Родной Горы не узнал. В основную Гадивлю была насыпана добротная дорога. Вокруг распростирались необозримые поля. От бывших грибных урочищ Глинище, Авласов Хутор, Женьков Лагерь, Канава не осталось и следа. Растерялся. Не знал, радоваться такому цивилизованному перевоплощению любимых турков-борков или же огорчаться по причине их исчезновения. Но я был воспитан в духе патриотизма к делу Ленина, поэтому решение принял быстро: что ни делается, то к лучшему.

 Раньше, как ни поворотись во дворе, взор упирался в близкую лиственную зелень или сезонную серость оголившихся на зиму деревьев и кустов. А теперь – простор! Гуляй взор! Надо же – с порога Большак виден, отчего кажется ближе и милее. Сохранился снимок с моей свадьбы весной 1973 года.

 

 На фото не я, а мой троюродный брат Мишка Бузо. Он к теме отношения не имеет. Показываю снимок к тому, чтобы обратили внимание на берёзу как привязку к местности. Этот ракурс буду показывать ниже ровно через 45 лет.

 Затевалась культуртехника по всему Советскому Союзу с целью обеспечения колхозных стад качественными пастбищами. В «Родине» затея удалась. Рогули Гадивлянской фермы получили отличный плацдарм для выработки молока.

 Четырём семьям Горы культурные пастбища принесли некоторые неудобства – колхозных коров через дворы стали дважды за день прогонять с фермы на пастбище и обратно. К тому же они паслись близко, и самые непослушные бурёнки улизывали от всегда пьяных пастухов на вкусные частные грядки. В грибы стало ходить значительно дальше. Однако советскому человеку не позволялось роптать, и горане молча сносили очередное художество цивилизации.

 Шли годы. Культурное пастбище продолжало жить. Засевалось урожайными кормовыми травами. Поначалу коровы поедали их, больше вытаптывая. Впоследствии придумали электропастухов, которые сдерживали животных в отведённой резервации угрозой удара током. После опустошения огороженного участка электрическая проволока переносилась на нетронутый клин рядом. На прежнем загоне трава начинала отрастать. Разумно.

 Я прекрасно видел производственную деятельность культурного пастбища, поскольку пастухами были мой брат Васька Шушкевич и его напарник Юрка Дивин из Велевщины. Неоднократно приходилось ходить к ним на работу, чтобы вместе покушать алкоголю.

 Бежало время. С оставленных земляных валов прорастающая древесная растительность постепенно начала сползать на культурное пастбище, отвоёвывая всё новые и новые метры для возрождения себя из прошлой жизни. Её не трогали. Боролась с самосаженцами лишь почвообрабатывающая техника, стараясь как можно дальше подцепить плугом, культиватором или косилкой атакующую зелень. Но последняя оказалась сильнее.

 В общем, лиственная атака удалась. Она завоевала значительную часть культурного пастбища. Более того, новые заросли превратились в непролазные чащобы, в которые не ступает нога человека.

 Раньше ведь как было. Колхоз не позволял заготавливать селянам сено даже на миниатюрных полянках – всё с весны запускалось под колхозный сенокос. А где заготовить на зиму сена частникам, у которых была, по меньшей мере, одна корова? Только на болоте, в лесу и кустах. Вот и шныряли мужики и бабы с косами по ближайшим и далёким так называемым неудобицам, обкашивая каждую берёзку, каждый лозовый куст. Коров запрещалось выпасать на колхозных угодьях, и деревенское стадо вкривь и вкось топтало густые леса в поисках затерявшейся среди стволов травинки. Тогда иметь коров было необходимо, поскольку в сельмагах из молокопродуктов продавалось лишь масло. А когда оплот колхозов – советская власть – рухнул, магазины заполнились производными молока всевозможных видов. Необходимость содержания в семье обременительного ненасытного динозавра, то бишь коровы, отпала. Коров свели. В малых и средних деревнях их не осталось ни одной. В центре колхоза или сельсовета не наберётся и десятка. И люди перестали посещать соседние лиственные заросли. Они быстро превратились в саванные джунгли. А потом ещё и Гадивлянскую ферму ликвидировали. Колхоз «Родина» присоединили к «Прожектору». Гадивлянское культурное пастбище стало всем по фигу.

 Вот во что превратилась пустошь между Горой и Большаком, которую показывал в день моей свадьбы и просил обратить внимание на берёзу. Она вдалеке, за дубом.

 Стоит, как стояла и много десятков лет назад. А вот её многомиллионное племя растёт не по дням, а по часам. И, чтобы не заканчивать обозрение последствий сухой мелиорации на грустной ноте, завершу его очень смешным решением уже новой власти.

 Где-то в конце 90-х объявили так называемые колхозные леса государственными. Обязали лесхозы охранять их как свою вотчину. Тем закрыли дорогу в кусты человеку с топором. Раньше порубщик мог заготавливать себе бесплатные дрова в колхозном, читай – ничейном лесу, тем самым прореживая его. Это делать запретили. Сельчане перестали сами заготавливать дрова и начали вынужденно покупать их в лесничествах. Государству пошёл доход. А народ, как всегда, оказался в жопе. Но терпит. Молча.

 Оставленное в покое культурное пастбище стремительно превращается в бескультурную чащобу. Дорогу на Большак ненастье преобразует в грязное месиво. Оно не пропускает автолавку и скорую помощь. Горане Юхновские бесконечно улучшают расквашенные колеи собственными силами.

 Жизнь катится назад - до разгона хуторов на месте Гадивли простирались лиственные заросли, дикий луг и грязь… Поселение образовали хуторяне-изгнанники.

 Не было деревни – не было проблем.

2018.

Читайте мои единственные в мире "Личные мемуары о красной эре".







Иван: 20.06.2018 в 19:00 — 3 месяца назад

Понравилось, как описано В. Шушкевичем, казалось бы, хорошее дело превратилось в перспективе не востребованным. Всё вокруг колхозное, значит не моё В Лепеле построили завод сухого молока с расчётом на производство местного сырья, но со временем завод расширился превратившись в комбинат, сырья стало не хватать. Даёшь строительство новых ферм, культурных пастбищ, увеличения стада КРС. Казалось всё хорошо, так будет всегда, но обстановка изменилась со сбытом готовой продукции, нехваткой рабочей силы на селе и др. причин. Локомотив социализма замедлил ход по дороге в коммунизм и остановился раньше намеченного срока. Природа не стала ждать, когда власть держащие руководители одумаются, прекратят шарахаться из стороны в сторону, браться за всё сразу, а повернутся лицом к матушке Земле –вечным источнике жизни на ней. Вот всё и рушиться исчезают деревни, зарастают поля, шумит лес на месте культурного пастбища. Дед-всевед






Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий
либо используйте:

Темы автора


  




Популярные за неделю


Полупустыня. ПОПЫТКА ПРОРЫВА В СИВАШ. День 2-й — 6 дней назад,   за неделю: 412 
Полупустыня. БУШУЮЩЕЕ МОРЕ АЗОВСКОЕ. День 1-й — 1 неделю назад,   за неделю: 385 
«БАГАЧ» АДЗНАЧАЕ ДЗЕНЬ АДЗІНСТВА БАЛТАЎ — 2 дня назад,   за неделю: 313 
Полупустыня. ЗМЕИ В МОРЕ. День-4-й — 3 дня назад,   за неделю: 239 
Полупустыня. ОАЗИС В СТЕПИ. День 5-й — 2 дня назад,   за неделю: 224 
ИМПОРТНЫЕ ШМОТКИ В ЭПОХУ СОЦИАЛИЗМА. Шуш Эсенскі — 1 неделю назад,   за неделю: 141 
 

Copyright © 2009 - 2018 — Леонид Огурцов

LEPEL.BY - Карта Лепеля

Пользовательское соглашение